 |
Клепач Андрей Владимирович –
Заместитель начальника
Департамента развития |
- Как вы считаете, насколько обоснованно можно говорить о существовании сегодня в России рынка EPC(M)?
- Лучше было бы сказать, что в настоящее время в России идет процесс активного становления рынка EPC(M). Этот процесс продиктован общемировой тенденцией в данном сегменте услуг, усиленной насущной потребностью рынка инженерно-строительных услуг в нашей стране в комплексном подходе при реализации сложных проектов на фоне активного роста инвестиций в отрасль. Лидером в переходе на реализацию проектов на условиях EPC/EPCM является, безусловно, электроэнергетика. Однако серьезные подвижки в этом направлении происходят в настоящее время и в сегменте нефтегазового строительства. Связано это и со значительным ростом капиталовложений в нефтегазовую промышленность, и с ростом масштабов задач, стоящих перед отраслью.
С учетом того факта, что на протяжении длительного периода в стране не реализовывались крупномасштабные проекты, а опыт времен плановой экономики практически неприменим в новых экономических условиях, следует признать наличие существенного дефицита российских инжиниринговых компаний, способных квалифицированно осуществлять проекты на условиях EPC/EPCM. Это повлекло за собой значительную активизацию на локальном рынке крупных мировых инжиниринговых компаний, привлекаемых заказчиками, причем, как иностранными, так и российскими. В настоящее время на российском рынке работают такие крупные инжиниринговые компании, как американские Flour Daniel и Foster Wheeler, французская Technip, немецкая Linde и итальянская Technimont. Большую активность по выходу на российский рынок проявляют австралийская Worley Parsons, норвежская Aker Solutions и ряд других известных фирм.
При этом, большинство заказчиков, как российских, так и иностранных, реализующих проекты на российском рынке, чаще отдают предпочтение иностранным инжиниринговым компаниям, исходя из наличия у тех значительно большего опыта в сфере оказания услуг в формате EPC/EPCM. Кроме того, ряд этих компаний является лицензиарами или обладает исключительными правами на использование лицензий на отдельные виды уникальных процессов и технологий, аналогов которым у российских компаний нет. Однако говорить о безусловном преимуществе зарубежных компаний на российском рынке этого вида услуг, пожалуй, еще рано. Это связано, в частности, с некоторыми особенностями функционирования российской экономики, к реалиям которой западные компании оказываются неподготовленными. Данный фактор выдвигает на передний план работу российских инженерно-строительных и инжиниринговых компаний, энергично пробивающихся на этот перспективный рынок. Для таких российских компаний важным козырем, помимо прочего, становится наличие опыта реализации крупных проектов на российской территории. Возможно, решением данной проблемы могло бы стать объединение подходов и тех и других, путем создания различного вида ассоциаций (консорциумов, альянсов и т.д.) для реализации крупных российских инфраструктурных проектов, в частности, в нефтегазовой сфере.
Если говорить только о рынке нефтегазового строительства, стоит подчеркнуть, что среди российских компаний, готовых в настоящие время реально выступать на рынке инжиниринговых услуг на условиях EPC или EPCM, можно говорить лишь о двух серьезных игроках: компании «Глобалстрой-инжиниринг» и ОАО «Стройтрансгаз». Последняя, благодаря активной работе на зарубежных рынках, накопила существенный опыт в реализации EPC проектов в Алжире и Сирии. Вкупе со значительным опытом строительства нефтегазовых объектов на территории РФ, причем, в разнообразных геологических и климатических условиях, это выдвигает ее в число лидеров, способных со временем занять очень хорошие позиции в сфере оказания комплексных инжиниринговых услуг на территории России и за ее пределами.
В целом о том, насколько сформировался рынок инжиниринговых услуг в формате EPC/EPCM на территории РФ, и насколько успешно проявили себя иностранные и российские игроки, возможно будет судить лишь после окончания реализации достаточного числа крупных проектов. Пока же следует лишь подчеркнуть ту активность, которую и российские, и зарубежные компании проявляют на российском рынке, и которая вызвана существенным ростом инвестиций в энергетику и нефтегазовую отрасль.
- Как вы оценивается российское законодательство, регулирующее эту сферу? Какие, по вашему мнению, изменения необходимо принять в первую очередь?
- Как таковой, договор подряда по модели ЕРС или ЕРСМ в российском законодательстве отдельно не урегулирован. С позиции Гражданского кодекса России указанные договоры являются смешанными и регулируются отдельными параграфами главы 37 ГК, в частности, в качестве нормативной базы ЕРС выступают разделы о договорах подряда, строительного подряда и ПИР, а в части ЕРСМ еще и раздел о возмездном оказании услуг.
На сегодняшний день в России не сформирован достаточный объем качественной практики применения договоров по форме ЕРС или ЕРСМ. Как правило, резиденты ограничиваются указанием в наименовании договора о том, что он составлен на условиях ЕРС или ЕРСМ, а в самом тексте договора принципы данного вида договоров не используются. Это обусловлено различием принципов и методов регулирования правоотношений сторон договора подряда, составленного по правилам ГК РФ и того же FIDIC.
Вместе с тем, еще в конце 80 годов Госстроем СССР были приняты два положения, применяя которые можно с достаточной степенью уверенности «выстроить» качественные схемы подрядных отношений по модели ЕРС и ЕРСМ. В частности, это Положение «Об организации строительства объектов "под ключ"» (утв. постановлением Госстроя СССР от 10 ноября 1989 года № 147) и Постановление Госстроя СССР от 2 февраля 1988 год № 16 «Об утверждении Положения о заказчике-застройщике (едином заказчике, дирекции строящегося предприятия) и техническом надзоре». Терминологическая база, как впрочем, и экономическая, указанных положений устарела и требует актуализации и приведения в соответствие действующему законодательству. Но в целом, положения указанных актов весьма полезны в качестве основы и источника методологической базы организации строительства объектов на условиях ЕРС и ЕРСМ в России.
- Какие основные риски вы видите в работе EPC/EPCM-подрядчиков?
- На сегодняшний день основные риски у EPC/EPCM-подрядчиков во всем мире связаны с острой нехваткой ресурсов: производственных мощностей производителей оборудования и материалов, одновременно наблюдается недостаток в опытных инженерах и квалифицированной рабочей силе. Это влечет за собой не только резкий рост цен, что значительно удорожает проекты и затрудняет возможность правильного формирования бюджета, но и реальные срывы сроков реализации проектов. В этих условиях EPC/EPCM-подрядчики стараются заключать контракты, применяя принцип формирования цены «затраты плюс вознаграждение» при поставках и «по единичным расценкам» в части инжиниринговых работ и строительства, а также осуществляя проекты по принципу «открытой книги» (open book) на первоначальном этапе с последующим переходом на фиксированную цену. При этом заказчики не всегда склонны отказываться от паушальной цены. Хотя в случае сохранения текущих ценовых тенденций, таким заказчикам придется идти на заведомо завышенную фиксированную цену, в которую подрядчик будет закладывать свои риски, либо отказываться от реализации проекта, в силу невозможности найти подрядчиков, готовых работать на их условиях.
На российском рынке зарубежные компании, предоставляющие услуги EPCM, сталкиваются также и с рисками, связанными со спецификой российского рынка: проблемы с таможней, неразвитость рынка логистики, наличие множества регламентирующих актов, многие из которых сильно устарели. Кроме того, приходится учитывать такой фактор, как неконкурентное мышление подрядчиков.
- Пока, кажется, больше на слуху контракты энергетиков по модели EPC/EPCM? А в чем специфика таких договоров применительно к нефтегазовой сфере?
- В целом неправомерно было бы говорить о какой-либо специфике в электроэнергетике, нефтегазовой или какой-то другой отрасли промышленности с точки зрения применения контрактов EPC или EPCM. И та, и другая отрасль предполагает сооружение крупных, сложных с инженерной точки зрения объектов, что вызывает необходимость комплексного подхода к решению задач.
Возможно, среди особенностей этих отраслей на современном этапе становления рынка инжиниринговых услуг в РФ, можно выделить опережающий рост инвестиций в энергетику по сравнению с нефтегазовой промышленностью, что привело к более раннему появлению необходимости внедрения моделей EPC/EPCM в сфере энергетики. Кроме того, необходимо подчеркнуть тот факт, что в нефтегазовой промышленности наиболее остро вопрос внедрения комплексного подхода стоит при сооружении именно площадочных объектов, в то время как достаточно большая доля строительства в этих отраслях приходится на объекты линейные, реализацию которых чаще проводят на условиях генподряда. Хотя в мировой практике подход EPC/EPCM успешно применяют и при сооружении линейных объектов.
- Сотрудничаете ли Вы с иностранными компаниями аналогичного профиля? По каким проектам? Какие трудности возникают наиболее часто?
- ОАО «Стройтрансгаз» является одним из ведущих игроков на рынке нефтегазового строительства. Контракты на условиях EPC были реализованы СТГ в Алжире (газопроводы Сугер-Хаджрет Еннус и OZ-2) и в Сирии (Арабский газопровод (фаза 2), продолжается сооружение двух газоперерабатывающих заводов в Сирии.
На территории РФ СТГ сотрудничает с западными инжиниринговыми компаниями по различным проектам. В частности, велись переговоры с Technip и Worley Parsons по совместному участию в строительстве НПЗ в Туапсе (заказчик - Роснефть). Однако до сих пор совместных проектов с зарубежными компаниями в России у «Стройтрансгаза» не было. Тем не менее, некоторые проблемы во взаимоотношениях уже можно сформулировать. Так, например, западные фирмы пока склонны рассматривать российские компании только в качестве партнеров или субподрядчиков по строительству.
- Рассматривает ли компания для себя теоретическую возможность применения своего опыта строительства в других сферах?
Основной специализацией компании является оказание инжиниринговых и строительных услуг в области нефтяной и газовой промышленности. В рамках диверсификации производственной деятельности «Стройтрансгаз» осуществил сооружение ряда объектов для других отраслей промышленности, а также в сфере гражданского строительства. Были построены Хакасский алюминиевый завод (300 тыс. т алюминия в год), комплекс по уничтожению химического оружия, оздоровительный комплекс «Спутник», гостиничный комплекс «Империал Парк Отель & SPA», бизнес-комплекс в г. Самаре и ряд других объектов.
Новым направлением деятельности стало энергетическое строительство. Чуть более года назад в компании был создан Департамент энергетического строительства. За это время перечень текущих проектов пополнился такими объектами, как Юго-Западная ТЭЦ (строительство на условиях EPC), Южная ТЭЦ-22 в Санкт-Петербурге (расширение), Калининской АЭС (выполнение строительно-монтажных работ).
Диверсификация деятельности компании в области нефтехимии, электроэнергетики и инфраструктурных гражданских объектов остается одним из ее стратегических приоритетов.
- Какие страны и регионы мира являются для вас приоритетом?
Наиболее привлекательным для ОАО «Стройтрансгаз» остается рынок России, емкость которого оценивается на 2008 г. в объеме свыше $60 млрд. Из стран ближнего зарубежья в качестве перспективных следует отметить Туркменистан, где СТГ уже заключил контракты, а также Узбекистан и Казахстан.
По прогнозам емкости доступного сегмента рынка по отдельным странам дальнего зарубежья на 2008 г. наиболее перспективными для «Стройтрансгаза» являются страны регионов присутствия компании - Алжир, Саудовская Аравия, Сирия, Индия, а также ОАЭ и Ирак. Хотя в Ираке СТГ может столкнуться с проблемами обеспечения безопасности персонала и оборудования. В качестве перспективы также рассматриваются рынки Юго-Восточной Азии и Латинской Америки, в частности, Венесуэла и Бразилия.
